Темная улица, дождь, маньяк, бензопила…
Сны часто кажутся нам бессмысленным набором картинок. Но бывает так, что утреннее наваждение не отпускает. Просыпаешься с чувством, что тебе только что сообщили нечто критически важное, но стóит открыть глаза – и смысл рассыпается. Или один и тот же пугающий сюжет прокручивается снова и снова. Психика требует завершения, и наш первый, вполне естественный порыв – попытаться этот сон расшифровать умом.
В гештальт-подходе мы смотрим на это иначе. Здесь никто не лезет в словари символов и не занимается интеллектуальной разгадкой метафор. Для нас сны – это вообще не ребус. Это ценнейший материал для сборки собственной целостности. Прямое послание от тех частей нашей личности, которые мы по каким-то причинам «выключаем» в реальности.
Перлз говорил, что сон – это экзистенциальное послание человека самому себе. И главное правило работы со сновидением в гештальте звучит пугающе просто: всё, что есть в вашем сне – это вы.
Вы – убегающая жертва. Вы – маньяк. Бензопила – это тоже вы. И даже та мокрая брусчатка, по которой вы бежите.
Ваша психика – гениальный режиссер. Чтобы показать, как именно вы прямо сейчас обходитесь со своей жизнью, она написала сценарий, расставила декорации и раскидала ваши собственные отщепленные, непризнанные или пугающие части по разным объектам. Просто потому, что присвоить их себе в реальности пока слишком невыносимо.
Как обычно рациональный клиент поступает со сном? Приносит в терапию и начинает анализировать: «Я думаю, этот маньяк – моя сепарированная агрессия, которую я не могу выразить в отношениях с мамой». Отличная конструкция, очень красивая. Но пока мы рассуждаем об этом, в комнате ничего не происходит. Энергия заморожена.
В гештальте мы не говорим о сне. Мы тянем его в «здесь-и-сейчас».
Вам не нужно понимать, к чему снится бензопила. Вам предложат… стать этой бензопилой. И это та точка, где взрослый продвинутый человек обычно начинает сопротивляться: «Что за бред вообще?». Но если рискнуть и попробовать, случается та самая магия.
Каково это – быть бензопилой? Ощутить тяжесть, сталь, мощную вибрацию, острые зубья? Каково это – обладать правом и силой резать препятствия? И если заговорить от ее имени прямо сейчас в комнате – что она скажет той дрожащей, слабой части вас, которая от нее убегает?
Вот где спрятан ресурс. Когда человек перестает бегать от собственного «маньяка» и возвращает себе эту жесткую, животную, пугающую энергию, он вдруг обнаруживает, что это не зло. Это его собственная колоссальная витальность. Сила, способная защищать границы, менять работу или выходить из мертвых отношений. Та самая сила, которую он так долго обслуживал своим страхом.
Мы видим сны не для того, чтобы разгадывать кроссворды бессознательного. Мы видим их, чтобы вернуть себе то, от чего отказались.
Поэтому – микроэксперимент вам на следующее утро, когда приснится какая-то дичь или нечто тревожное.
Не гуглите значения. Выберите любой, даже самый нелепый или неодушевленный предмет из сна. Засохший цветок, скрипучую дверь, табуретку. Станьте им. Прямо физически примите его позу. И произнесите вслух в настоящем времени: «Я – скрипучая дверь. Я вишу на одной петле и…»
Послушайте, что вы скажете дальше. И как на это отзовется ваше тело. Иногда старая дверь знает о том, как вы живете, гораздо больше, чем все прочитанные вами книги по психологии вместе взятые.
Art Shadows by Karen Jerzyk
Подписывайтесь на наши каналы:
Я часто замечаю один и тот же момент в терапии. Человек приходит, мы работаем. Он начинает видеть свои паттерны — как реагирует, откуда это идёт, что за этим стоит. Осознавание...
«Two become one, then they are non. Двое становятся одним, и затем их не существует». Рита и Роберт Резник В первой статье мы говорили о живой форме отношений, и сегодня...
Я как терапевт до конца, признаться, не определилась внутри себя про один момент – про пропуски в терапии, сколько их допустимо в год? Как клиент я всегда исходила из того,...
По разным исследованиям, до 70 процентов пользователей ИИ пытаются получить от него психологическую помощь. Эту идею удачной не назовешь – у него ненастоящая эмпатия,...
Вы когда-нибудь ловили себя на том, что в ответ на комплимент хочется провалиться сквозь землю? Коллега говорит: «Ты сегодня отлично выглядишь!» А вы вместо...
Я часто замечаю один и тот же момент в терапии. Человек приходит, мы работаем. Он начинает видеть свои паттерны — как реагирует, откуда это идёт, что за этим стоит. Осознавание...
Недавно я рассказывала о методе EMDR – о том, как он помогает «дозаписать« застрявшие воспоминания и вернуть телу покой. И, исходя из опыта работы с клиентами,...
Часто я наблюдаю в терапии такую вещь. Человек рассказывает о ситуации, которая случилась год назад, пять лет, иногда в детстве. Он понимает, что это в прошлом. Анализирует,...
Вы когда-нибудь ловили себя на том, что в ответ на комплимент хочется провалиться сквозь землю? Коллега говорит: «Ты сегодня отлично выглядишь!» А вы вместо...
Случается так, что одиночество настигает нас и в отношениях. Оно подкрадывается не сразу, а постепенно. Лежишь радом с человеком, слышишь его дыхание, а своего как будто и нет. И...
Почему мы помним недосмотренный сериал лучше, чем прочитанную книгу? Почему вновь и вновь прокручиваем в голове несостоявшийся разговор? Ответ кроется в так называемом эффекте...
Наша команда – это создатель проекта, психолог, супервизор, тренер МГИ Полина Гавердовская, а также – коллеги и единомышленники.
За годы работы в психотерапии и преподавания студентам гештальт-терапии и психодрамы мы обучили и выпустили десятки специалистов по работе в этих методах. Мы подготовили десятки интенсивных обучающих программ. Мы дали сотни часов супервизии нашим студентам. Мы сами провели тысячи часов, обучаясь этим методам у наших соотечественников и зарубежных коллег. Мы непрерывно повышаем свою квалификацию. Мы провели тысячи часов с нашими клиентами, обсуждая самые разные вопросы: от секса до смерти и от бытовых семейных ссор до всеобщего мирового кризиса.
Одна из основных наших ценностей – высокий профессионализм. Мы непрерывно учимся и строго придерживаемся профессиональных и этических рамок в нашей работе. Мы все работаем под супервизией.